Страшилки из YouTube
Что это вылезло из тумана?
Часть 5
— Что это за место? Куда ты нас завел, Паштет? И дальше чего нам делать? Ну пойдем, посмотрим.
Хуже того, что только что мы пережили, блин, наверное, и быть не может. Какой же я дурак, надо было Витька подождать, а я за Паштетом побежал. Так бы может мужики жив остался, жалко его очень, жалко. Кушать хотелось неимоверно и Паштет еще мяукал и терся в ноги, видимо тоже голодный, а еды-то совсем немного осталось: еще одна банка все тех же сардин, хлеба немного и колбасы, вроде. Экономить надо, а то так недалеко и от голоду откинуть копыта. И всё же, что это за место? Бункер что ли? Жутко воняло сыростью и плесенью и, судя по всему, тут давненько никого не было, я по крайней мере на это очень надеюсь.
Мне ничего не оставалось больше, как пойти вдоль по тёмному коридору и понять вообще, что это за место такое среди леса. Стоп, а может там и на верху есть что-то? Поляна же была, из-за тумана я же вообще не видел ни хрена вокруг себя, Паштета только, да и всё и то еле-еле. Может, конечно, и есть что-то, да и хрен с ним, сейчас я наверх точно не полезу ни за что в жизни.
Часы ещё становились какого-то хрена, твою мать, это жесть какая-то и как мне теперь понять, когда вылазить? Эх, ладно, немного буду приоткрывать люк и выглядывать. За пару секунд, я думаю, вряд ли эти твари среагируют.
Коридор был длинный и холодный. По бокам начали появляться двери: старые, ржавые, но до сих пор крепкие, как гранит двери. Кое какие открывались, а некоторые просто проржавели полностью и заклинили навечно, заперев комнату или ход, находящийся за ними. В комнатах не было ничего интересного, только старая поломанная мебель, вернее даже, наверное, не поломанная, а протухшая от времени, и что удивительно, тут действительно очень давно никого не было. Стены чистые, не обрисованные баллоном и так далее. Не воняет ссаниной и дерьмом. Ну а что? У нас же выросло поколение долбоебов, которые в памятные танки срут и прикуривают от Вечного огня. А тут прям нетронуто всё.
Минут через пятнадцать блуждания по этим коридорам, я понял, что это за место, когда зашёл в одну из комнат, в которой на стене был нарисован то ли краской, то ли смолой огромный нацистский орёл, ну со свастикой который и с венком в лапах. Я пытался найти в луче фонарика хоть что-то, что пригодится мне, сам не знал, что искал, но что-то да искал.
В первую очередь нужно было где-то найти еды и воды. Здесь я, конечно, вряд ли что-то такое найду. Черт, как же холодно. Паштет всё не переставал мяукать и это меня начинало бесить так же, как мой бурчащий живот. Пройдя по коридору чуть дальше, я вышел в тупик, точнее там была массивная железная дверь, которая, наверное, уже от времени срослась со стенкой и открыть её не представляется возможным.
Мы с паштетом развернулись и пошли назад, попутно обследовали комнаты, мимо которых прошли ранее и в этот раз ко мне повернулась удача. Идём, короче, по коридору и почему-то я обратил внимание на одну запертую дверь, она вроде была не такая печальная как все остальные, ржавая, конечно, но, судя по всему, её ещё можно было как-то отпереть. Я навалился на неё всем весом, но она никак не поддавалась. В итоге я отошёл на несколько метров назад и разбежавшись просто выбил её, и она с противным скрипом открылась. А я же сильно ударился плечом.
Светя фонариком в этой комнате, я увидел всякие шкафчики, полочки и так далее. Так же стол, судя по всему, это был кабинет какой-то нацистской шишки. Уже также протухший от времени красный нацистский флаг. Ну так вот, открываю я, значит, все те полочки, чего там только не было: тушёнка, ещё немецкая, блин, как в фильмах пистолет, патроны, гранаты. Гранаты, правда ржавые, я думаю вряд ли они будут выполнять свою функцию, но на всякий случай я их взял с собой, а тушёнка же их храниться может несколько десятков лет и ещё что-то алкогольное было в фляжке, шнапс по ходу или что там они пили, я не особо разбираюсь. В столе же я нашёл бензиновую зажигалку, папиросы, кругленькие очки и нож. Пистолет, кстати, очень даже неплохо сохранился, вроде не ржавый. Ну разве что немножечко на самой затворной раме.
Вы не представляете какие у меня на тот момент были эмоции, это же просто уму непостижимо. Всё это я утрамбовал к себе в портфель и пошёл дальше. В другой же комнате уже ничего такого я не нашёл. Единственное что там было нормальное, так это керосиновая лампа с остатками, видимо керосина на дне. Не знаю будет ли гореть она или нет надо пробовать. Мы вернулись с Паштетом в тот самый кабинет, в котором нашли много всякого добра, там, вроде не так сильно воняло и было чуточку теплее.
— Вот тут и остановимся, наверное, да Паштетик? Ох я бы сейчас батончика с паштетиком да пятьдесят грамм. Ммм, эх мечты. Ладно нужно что-то замутить поесть.
Я поджог лампу, на удивление она все еще горела, но очень коптила, но блин, пусть лучше так. Сняв стеклянную колбу, я открыл ножом банку тушёнки и поставил её на огонь. Спустя пять минут, в комнате уже не воняло плесенью и керосином, а пахло тушеночкой. Всего я четыре банки нашёл, кстати. Я отсыпал немного Паштету, достал кусочек хлеба и приступил к трапезе. Вы знаете, а вполне себе ничего так тушеночка, очень даже неплоха. Я почему-то думал, что ей жопа, уже сколько же лет прошло. Хотя это же немцы, у них все и всегда было на высоте, начиная с машины, заканчивая, блин, тушёнкой. Паштет наелся, лёг рядом со мной, а я же закурил и начал рассматривать пистолет Вальтер, вроде или Люгер, хрен его знает, я не особо разбираюсь.
— Да уж, Паштет, и на этот раз нам повезло. Что вот только дальше делать будем? Вот в чем вопрос. Тут сидеть? Не вариант, мы сбились с дороги и хрен знает теперь куда идти нам. Ну давай об этом завтра, сейчас нужно отдохнуть.
Я лег у стены и закрыл глаза. Ночь прошла спокойно. Спал, как младенец. Только открыв глаза, в голову сразу полезли мысли о том, что нужно идти дальше. Позавтракав и собрав все свои манатки, я был готов к дальнейшему путешествию, так сказать хрен знает куда и хрен знает зачем. Я понимал дно: Паштета мне никак нельзя терять. Я снял со стены тот самый немецкий флаг, о котором я говорил ранее и, порезав его ножом, соорудил что-то типа поводка. Теперь уже точно не потеряется.
Держа в одной руке Паштета, я подымался вверх по лестнице. Приоткрыв люк, я охренел. Прямо передо мной оказалась башка Вити, я чуть не блеванул и не свалился вниз. Че это блядь такое вообще? Сердце опять заколотилось, как ненормальное. Что это знак мне что ли? Я нихрена не пойму. Тумана не было вообще, что меня не могло не радовать, но голова, кто её сюда притащил и главное зачем? Запугать меня? Да куда уж ещё больше-то напугать? И знаете, что меня ещё больше напрягло то, что в голове в этой прямо во лбу были те самые дырочки, в которых лазили какие-то насекомые, прям как у тех существ. Паштет начал мяукать и пытаться вырваться из моей руки, но я крепко его держал.
Я вылез из люка. Боже, наконец-то свежий воздух. Было всё так же пасмурно. Я уже несколько дней не видел солнца и, судя по всему, опять намечался дождь. Витину голову я не стал трогать, ну ее нахрен, блин, ужас-то какой. Вокруг меня была поляна и какие-то бетонные сооружения. Судя по всему, в годы войны здесь был какой-то немецкий укрепрайон что ли, окопы какие-то, всё поросло мхом так, что сразу в принципе не заметишь, если не приглядываться, тогда всё понятно, в тумане тайне хрена не видел вообще, а оказалось вот оно что.
Самое хреновое было то, что перестали тикать мои часы и хрен знает сколько времени. Что ж, буду ориентироваться по солнцу, других вариантов нет. Пока что время есть, надо идти, надеюсь куда-то да выйду. Вы не поверите, но спустя минут двадцать я все-таки вышел на какую-то дорогу и уже по ней в приподнятом настроении, я двигался вперёд, надеясь выйти в какой-то населённый пункт, но вокруг был всё тот же лес: густой и непроглядный.
Вновь пустился ливень и вдали послышался гром. Черт возьми, этого еще не хватало, а минут через двадцать вновь Паштет начал пытаться вырваться. Вот тут руки мои задрожали и сердце стало биться чаще. Потихоньку начал опускаться туман, вот тут-то и очело моё сжалось, как под прессом, а бежать-то опять некуда. Черт, что делать? Туман уже наступает не по графику, а наступает он всё раньше и раньше и уходит всё позже. Так недалеко от того, что он в один прекрасный момент наступит и не уйдёт. И этого я боялся больше всего. И я ускорил шаг, где-то надо было ныкаться срочно, но где? Я снял с плеч двухстволку и держал её на поготове.
Туман сгущался все больше и больше и происходило это всё очень быстро, но пока что никаких воплей и шагов слышно не было. Но я был уверен, что они появятся. А что мне делать, я не знал. Паштет также все время куда-то вырывался, и я доверился ему и пошёл за ним.
Руки тряслись, и я пытался вглядываться в туман, но вообще не было ничего видно. По итогу завел меня Паштет обратно в лес и остановился.
— Ну и что дальше? Куда ты меня привёл, Паштет.
Может я чего-то не замечаю, может ещё какой-то или другое что-то, блин, хрен его знает, но Паштет стоял, как вкопанный, и я в принципе также стоял и, держав ружье в руке, стал прислушиваться. Внезапно я услышал шорох сзади и развернулся, и, еб твою мать, одно из них стояла сзади, но тишина была же, ни воплей, ни шагов, может из-за дождя я не слышал, конечно, но не в этом суть, а оно стояло, то самое, которое с дырочками вместо лица, за ним ещё одно подошло, за ним ещё и ещё. Их целая армия выстрелила сзади, мать твою. И что характерно, их было отчётливо видно, даже сквозь туман.
Я стоял и не шевелился, и не дышать даже пытался, но они тоже ничего не предпринимали. Что-то кряхтали там между собой. Шевелились странно как-то. Они все разные были: кто-то выше, кто-то ниже, рожи разные были, если это можно вообще назвать рожами. У меня уже начали затекать ноги от того, что я, бляха муха, стою и не шевелюсь. Сердце колотилось насколько сильно просто, я ещё никогда так близко с ними не находился, мать его. Они в метре буквально от меня стояли, и знаете что, они, походу, слепые, ну или что-то не так с ними было. Они то ли не видели меня, то ли не чувствовали, хрен поймёшь, короче.
Но наши гляделки прервал уже хорошо знакомый мне вопль и сквозь туман мне удалось разглядеть силуэт этого самого огромного существа. Оно приближалось, и эти маленькие твари резко так закопошились и тут я не выдержал и побежал, тем самым дав себя обнаружить. Взяв Паштета под руку, я бежал опять всё по тому же гребаному лесу. В голове были мысли о том, что зря я всё-таки свалил с этой деревни. Жил бы себе там спокойно, ничего бы этого не было, но сейчас я оказался в очень печальной сетуевине и с неё надо было искать какой-то выход.
Они гнались за мной все, но они были какие-то медленные. Переворачиваясь и как-то непонятно выкручиваясь, они гнались за мной, но то большое своими пятиметровыми шагами было куда быстрее. Я бежал как ненормальный, опять так же само спотыкаясь и быстро вставая. Сзади меня падали деревья, а подомную грязь и вода от дождя, бежать становилось всё труднее.
Внезапно одно маленькое догнало меня и вцепилась в ногу, сука. Я упал на землю и пытался отбиваться. Все остальные уже подбегали ко мне. Божечки, вся жизнь перед глазами пролетела. Оно укусило меня, боль ужасная просто, нога моментально начала опухать и в голове моей произошёл щелчок: гранаты.
Вся эта потусторонняя тусовка приближалась все быстрее. Впереди всех была мамка шестиметровая, как я ранее говорил. Я резко ебнул эту тварь ногой по голове, а оно отпрыгнуло назад. Достав быстро из портфеля гранату, я выкрутил пробку на рукояти и швырнул её в толпу этих тварей. Затем для уверочки я бросил вторую. Из последних сил прыгнув за земляную горку, я услышал взрыв очень громкий и мощный, а за ним же очень сильный вопль. Достав с рюкзака третью гранату, я кинул её туда же, в эту шестиметровую дрянь. Опять взрыв, затем, судя по всему, она упала, земля прямо подо мной сотряслась и я услышал очень много отдаляющихся шагов.
Через десять минут тишина, гробовая. Было слышно только биение сердца и шум дождя. Я выглянул из своего укрытия. То, что гналось за мной, лежало на земле и стонало то самое шестиметровые чудище. Боже, оно было ужасное. Граната ему нехило так повредила ноги и, может быть, что-то ещё, я не знаю, не было особо видно. Достав двухстволку и зарядив в неё два пулевых патрона и я направил её в сторону головы этого монстра и нажал сразу на два спусковых крючка и оно затихло.
Неужели я грохнул его, я не мог поверить в это. В голове было вроде, и радость, и в одно и то же время недоумение, почему-то. Нога ужасно болела и уже не хило так опухла. На ноге потихоньку образовывался всё такой же прыщ, как у тех трупов, ещё в городе. Этого мне еще не хватало. Я знал, что это хреново может всё закончиться и поэтому, недолго думая, зажав в зубах палку и взяв нож, я начал резать себе ногу. Это было ужасно больно, просто адская боль. Я кричал, но резал, тяга к жизни была очень велика.
Спустя пару минут мучений ее вылил на ногу все тот же шнапс, которой в бургере нашел и быстро замотал рану своей футболкой. Боль была невыносимая, особенно когда шнапсом прижег, но потом начала потихоньку утихать, и внезапно я увидел это: в небо полетела сигнальная ракета. Люди, чёрт возьми. Они, видимо, услышали взрывы. Я лёжа на земле, выломал себе палку и облокотившись на нее, как на костыль, с огромным трудом встал на ноги.
Туман всё так же не пропадал, но и существ уже не было. Они, видимо, убежали, испугавшись взрывов. Но спустя минут десять, я увидел лучи фонариков в этом грёбаном тумане.
— Эй, я здесь, помогите.
Ко мне подошёл дед.
— Ну привет человек, ну ты и красава, я тебе скажу.
Сзади подошла девушка лет двадцати четырех, очень красивая, кстати, видимо его внучка или дочка, я не знаю. Они взяли меня под руки и поволокли куда-то. Пока волокли я вырубился.
Открыл глаза уже вечером, судя по всему, уже следующего дня. Это была опять какая-то деревня, а она как оказалась недалеко от этого места расположена была. Паштета они тоже забрали. Я проснулся в доме, рядом сидела та самая девушка. Она сразу предложила мне воды. Я выпил и спросил:
— Аа вы кто? Где я?
— Не волнуйся, ты в безопасности. Ты очень много сделал вчера, отдыхай.
— Так, а кто вы? — повторил я, испытывая внутри какое-то умиротворение что ли.
— Мы единственные, кто выжил в этой деревне. Меня Кристина зовут, а это дед мой, Валера. Я отдыхать сюда приехала к нему, когда напасть эта случилось, вот так и живем тут до сих пор. Укрепились, конечно, несколько раз эти существа и к нам приходили в гости, но как-то удавалось отбиваться. Ты отдыхай, все хорошо. Тебе не о чем волноваться, пока что, пока тумана нет, так что отдыхай.
Она поцеловала меня в лоб и ушла в другую комнату.
