Страшилки из YouTube
Мы зло разбудили
Часть 3
— Парни, слышите? Идет кто-то. Сюда идет, твою мать. Надо бежать — запаниковал уже Марк.
— Куда? Или ты еще не понял, что мы тут далеко не одни, да не успеем же.
— Так, а что делать?
— Прячемся.
— Да где, блин.
— Ты видишь другие варианты? - намекнул я на ячейки для трупов.
— Нет-нет-нет и еще раз нет, я туда не полезу. — попятился назад Олежка.
— А придется, у нас нет выбора, да и к тому же это простой ржавый ящик. Давай полезай.
А шаги все приближались и то самое тяжеленное просто дыхание от которых кровь в жилах засыхала напрочь. Благо холодильных камер хватало. Марк уже полез в одну из них и закрылся внутри. За ним же и мы спрятались. Холодильники не закрывались изнутри и нам оставалось надеяться лишь на удачу. Именно в ней мы сейчас нуждались больше, чем когда-либо в жизни.
Последняя каморка закрылась за Олежкой, который под моим давлением и давлением того, что двигалось там за дверью морга, все-таки полез в нее. Места, конечно, было не особо много, но поверьте, когда тебя преследует что то необъяснимое и ты находишься под землей в заброшенном морге, твою мать, то как-то не особо обращаешь внимание на такую мелочь.
Я замер. Я боялся даже шевельнуться как-то неправильно, не дай бог создав какой-то звук и выдав себя. Сердце колотилось как не нормальное. Во рту все так же было сухо еще с того самого момента, когда в коридоре шли. Внезапно раздался скрип двери. Внутри еще больше все сжалось. Вы даже представить не можете себе насколько мне тогда было страшно. Это просто не передать словами. В тот момент все внутри сжалось и в голове начали мелькать кадры того, как мы спиливали ту чертову дверь и мысли о том, что не нужно было все-таки ехать сюда. Дак кто же знал то, думали, что обычная заброшка кой их сотни если не тысячи в нашей великой и не объятной. Но от такого развития событий я никоим образом не мог даже представить себе.
Лежал я не подвижно. Тем временем в самом помещении морга уже слышалось чье-то дыхание и те самые шаги, шаркающие как будто кто-то что-то тащит за собой тяжелое. Оно ходило вокруг да около, видимо не понимая, куда мы делись. Меня же трясло всего. Я начал вспоминать все молитвы, которые когда-либо слышал, но шаги не удалялись с помещения, а напротив, лишь приближались. И я лежал и понимал, что вот здесь в нескольких метрах от меня бродит что-то страшное, ужасное и необъяснимое, ужасное чувство, которое и врагу не пожелаешь. Я сам чувствовал, как оно бродит, как водит своими пальцами по стенам, издавая противный скрежет и иногда цепляя разные предметы, роняя их на пол. Я не знаю сколько я так пролежал. Часы, как я сказал ранее, остановились. Потихоньку мои конечности начали затекать. Но, даже несмотря на это, я все еще не шевелился, так же, как и то что бродило в комнате все еще не покидало ее и видимо даже не собиралось.
Внезапно я почувствовал, как оно подошло к холодильникам и просто провело рукой по ним. С этого я сделал вывод, что тот, кто там бродит, обладает огромными острыми когтями или ногтями, потому что раздался жуткий скрежет по металлу, который эхом разнесся по помещению, и уж тем более донесся в мои уши проникнув мне прямо в мозг. Такое чувство было, что оно знало, что мы тут, но чего-то ждало. Только вот чего? Что тогда за дверью что сейчас, этого я не понимал. После этого скрежета я услышал, как открылась одна из дверей. Господи. Вот на этом моменте я просто думал: мое сердце сейчас остановится. Дверца открылась и послышался тот самый звук, когда из холодильника выезжает эта штуковина на колесиках, ну на которой труп лежит и судя по звуку, который раздавался вроде как справа от меня, это была либо пустая ячейка, либо та самая в которой лежало тело Сереги. Как оказалось позже это был все-таки второй вариант, потому что секунд через тридцать, может через минуту раздался звук как будто что-то вытащили из холодильника. В нашем случае это скорее всего все-таки был Серега. За этим звуком последовало то ли чавканье такое противное, то ли звуки как будто режут чего, я не понял, они были приглушенными за счет запертой дверцы в ячейке.
В голову полезли жуткие мысли и одна из этих догадок оказалась реальностью, потому что после этих всех звуков начали происходить следующие события. Чавканье это продолжалось минуты три, затем наступила гробовая тишина и уже после этого скрип двери, но шагов отдаляющихся не последовало, а парни, видимо, подумали, что оно ушло. Ну кто же знал, что там в темноте на самом деле творилось. Я услышал шевеление рядом, ну в соседней ячейке, а затем и скрип двери, ну и сам дурак тоже подумал, что все нормально, хотя чего стоило подождать немного еще. Открываю дверцу, включаю фонарик и понимаю, что никто никуда не ушел и парни тоже это поняли и сразу же вернулись обратно в холодильники, да вот было уже поздно. Там в углу стояло уже что-то белое. В луче фонаря я увидел лишь силуэт, человекоподобный силуэт и все. Затем же я резко захлопнул ячейку, в которую последовал сильный удар и на все помещение морга раздались крики, только слышно было, что крики эти принадлежали нескольким особам. Они тарабанили по дверям холодильника и не только моим. Честно сказать я тогда чуть не наложил в штаны, я сейчас на полном серьезе это не метафора. Страх настолько сильно сковал меня, что я и так не шевелился особо, а теперь я вовсе лежал, как каменная статуя и абсолютно ничего не мог поделать. Слышали бы вы звуки, доносящиеся из-за дверей, господи, это было нечто ужасное, что-то по истине жуткое бесновалось там за дверями, тарабанило по ним, рычало, визжало и хихикало. Затем же они начали открывать двери.
Зачем был весь этот театр с криками воплями и ударами, я знать не могу, но одно я знал точно, что сейчас совсем скоро мне придется узреть то, чего до селей я никогда не видел, потому что они методично начали открывать ячейки, постепенно приближаясь к тем, где мы лежали. Мне хотелось тогда выпрыгнуть и побежать куда-то прочь из этого места, но что-то подсказывало мне, что это не самая лучшая идея, поэтому я все так же оставался на месте.
И спустя несколько секунд буквально произошло то, чего я боялся все это время. Открылась моя ячейка и в нее залетела чья-то голова, и лишь быстро включив фонарик, я понял, что это голова Сереги. Меня чуть не стошнило прям там же. Голова была грубо так, как будто отгрыжена, с нее еще стекала кровь, которая забрызгала все мое лицо и одежду. Затем же я почувствовал, что кто-то меня тащит за ногу и пытается вытащить из холодильника. Я заорал, что есть силы. Я все еще не видел, что это было, что тащило меня. И когда я почувствовал, что вот-вот я упаду на пол, я услышал хлопок другой дверцы и звук включения болгарки. В голове же у меня все помутнело. Я вообще не понимал, что происходит и где я нахожусь. Вот так вот на несколько мгновений просто у меня отрубился мозг, затем мерцание фонарика, звук болгарки и жуткие крики парней и не только.
— Бежим отсюда, сука.
Меня кто-то подхватит по руки и уже тогда, когда я более-менее встал на ноги, я собрал голову в кучу и принялся бежать за светом от фонарика. Это бежали Кирюха и Олежка, которые не стали ждать своей ужасной участи. За мной же бежал Марк. Он лишь ненадолго задержался, дабы немного заблокировать дверь в морг.
— Быстрее, быстрее! Сань, давай помогу, ты как?
— Да нормально, вроде.
— Ты чего в крови-то весь? Ранен?
— Да нет. — задыхаясь говорил я. — Потом расскажу.
А сзади слышались жуткие удары в дверь и те самые вопли и крики. И отбежав метров на двести, наверное, может больше даже, я услышал, как дверь, которую Марк так-сяк запер, с грохотом вылетела, и за нами последовали вновь быстрые шаги. Здесь, в этих пустых коридорах, поверьте, было слышно все на свете, и шаги, и крики, да чего там и дыхание их тяжелое, даже на таком расстоянии было слышно и вообще, казалось, что оно слышится отовсюду. Кирюха и Олежка вырвались вперед. Мы же с Марком немного отставали от них.
— Стойте, вы куда? Держимся вместе, вы чего? - разрывался Марк. Они немного убавили темп, и мы догнали их и остановились дабы перевести дыхание.
— Нет времени на отдых, бежим.
— Да куда бежать-то. Такое чувство что они везде нас найдут.
— Да без разницы, главное бежать, придурок сука, ты чего не слышишь, что они за нами бегут?
— Они? Там их несколько что ли? — удивленно спросил Кирюха.
— Да как бы не один. Я же одного болгаркой цепанул. Слава богу, в ней аккум не сел еще. Если б не Саня, я бы хер вылез, а когда он заорал, я понял, что так дальше дело не пойдет.
Я же бежал и боялся представить, что было бы со мной, если бы не Марк с батиной болгаркой. Бег тех тварюг потихоньку отдалялся от нас. Мы же бежали со всех сил, которых оставалось совсем немного.
Бежали до того момента пока не послышался крик Олежки и звуки падения. И не успев сориентироваться, вслед за ним все мы попадали в какую-то дыру. Просто бежали и как будто земля из-под ног ушла. И как не заметили ее, я не знаю. Фонарики хоть и тускло, но все еще светили. Невысоко было, но падали очень больно. Кирюха плохо упал только, я не знаю, чем он ударился, но, когда мы вставали и отряхивались, он не вставал. Но слава богу он был жив, сознание потерял только. Этого не хватало только, Господи.
Осветив все вокруг только сейчас ко мне дошло, что это было что-то похожее на небольшую шахту лифта, наверное, грузового что ли, ну она была какая-то широкая, но только самого лифта не было, хотя может и был. Решив это проверить, я поднял голову вверх и посветил фонариком. Моему удивлению и недопониманию всего, не было предела, когда я над собой увидел, наверное, этажа четыре, хотя летели мы вот максимум метра два-три вниз, а куда уходят еще четыре этажа? Каким образом мы оказались так глубоко? Но это еще полбеды. Я продолжал осматривать все вокруг, пока Марк с Олежкой пытались привести Кирюху в чувства. И в один момент в луч фонаря попало лицо. Оно пялилось на нас из третьего этажа шахты этой, если смотреть с первого, где мы стояли. Лицо опять же толком не рассмотрел я только направил на него фонарик, и оно сразу же запряталось. Это была уже не тень. Это точно было что-то материальное, только вот что?
— Сука, что это за тварь, твою мать? Что им нужно от нас? Каким хером мы оказались так глубоко? Мы ведь немного спустились в подвал, в самом начале. Мы ведь никуда более не спускались. Да как так-то? — проговаривал я вслух.
— Сань, нечем заняться более? — сказал Марк. — Вон Кирюха вообще печальный. Достань у меня в рюкзаке в аптечке нашатырь.
Расстегнув змейку, я достал аптечку и передал ее Марку. Видно по нему было, что он еле-еле держал себя в руках, что у меня с каждой минутой получалось все меньше и меньше. У него тряслись руки и дрожал голос немного, но он держался еще. Про Олежку молчу вообще, у того просто была паника. Дав нашатыря Кирюхе, тот вроде начал приходить в себя. Немного позже выяснилось, что не может рукой пошевелить совсем, то ли сломал, то ли ушиб, я не разбираюсь в этом. Но Марк оказал ему первую медицинскую помощь. Наложил шину, перебинтовал, дал каких-то таблеток и помог встать.
— Сань, Олежка, нам нужно где-то переждать. Где хотите, мне уже все равно, но нам нужно где-то остановиться, собрать все мозги в кучу и нормально продумать наши дальнейшие планы.
— Согласен. — дрожащим голосом пробормотал Кирюха.
— А ты чего в крови? Давай перебинтую тебе. — обратился ко мне Марк.
— Да-а это Серегина, царство небесное.
— В смысле?
— Да что в смысле? Когда ячейку мою открыли, угадай, что мне туда залетело?
— Что? — в недоумении спросил Марк.
— Башка его, что. — Олежка, как только услышал, блеванул, заляпав мои штаны своей блевотиной. — Во-во, у меня такая же реакция была, только я еле сдержался.
— А я-то думал, что там за чавканье происходит, когда лежали в этих каморках, еб твою мать.
— Ну вот тебе и чавканье. Пусть земля ему будет пухом.
— Парни, там сверху на нас пялился кто-то, пока вы Кирюху в себя приводили.
— Кто?
— Я откуда знаю? Видимо те, кто и в морге Серегу ели или что они с ним делали.
— Значит они знают, что мы здесь. Нельзя задерживаться. Погнали.
Мы вновь вышли в бесконечные коридоры, мало чем отличавшиеся от тех, в которых мы бродили до этого. Такие же облупленные стены, такой же запах сырости и плесени, такой же тяжелый воздух, который, словно огромная бетонная плита, давил на наши легкие. Марк с болгаркой шел впереди. Я же по пути нашел какую-то металлическую трубу и шел сзади, между нами же Олежка помогал идти Кирюхе.
И так мы шли до первого попавшегося нам более-менее замкнутого помещения, с более-менее целой дверью со щеколдой. Зашли внутрь. Здесь же был как будто какой-то архив что ли. Несколько полок с какими-то документами, папками и карточками. Больше ничего не было, за исключением, болтающейся на проводе уже давно сгоревшей лампочки и старого стола. Олежка аккуратно усадил под стенкой Кирюху.
— Сань, давай загородим дверь этой хренью. — обратился ко мне Марк, указав на один из стеллажей с бумажками. Подойдя к нему, мы начали двигать его в сторону двери, издавая противный скрип. Загородив дверь, мы уселись под стенкой рядом с Олегом и Кириллом.
— Ну что, как вы?
— Да нормально, вроде.
— Кирюх, ты как?
— Да болит гадина, не могу. Сейчас хоть немного начало попускать совсем. — таблетка подействовала, наверное.
— Ты, это, старайся вообще не шевелить рукой, я сейчас лучше перевяжу тебе еще, зафиксирую, возможно будет больно, но нужно потерпеть. Как же вы не увидели шахту эту, а?
— Да хрен его знает.
— Ребят, не забывайте, что фонарики еще не известно сколько прослужить могут, так что задерживаться нельзя, ни в коем случае.
— Сань, ты же знаешь, я же всегда на шаг впереди.
Марк достал какую-то, вроде как зарядную станцию что ли, маленькую такую, с рукояткой сбоку и проводком.
— Пару месяцев назад с алика прислали, хорошая вещь, хорошо, что взял, как знал что пригодиться.
— Там же USB?
— Ну да.
— Ну вот и хорошо. Сейчас хоть немного да подзарядимся.
А из-за двери вдали где-то то и дело слышались какие-то шорохи, стуки и, конечно же, крики тех существ, что устроили охоту на нас. Знать бы хоть кто это такие вообще.
— Слушай, Марк, а ты ведь резанул болгаркой одного, да?
— Я? Ну да. По руке, вроде, когда он тебя тянул.
— А ты не видел его?
— Да так, мельком.
— А что видел?
— Да хер знает. Увидел только руку длинную, жилистую такую, в волдырях каких-то или нарывах желтых таких. Ну и такое же лицо, в принципе, походу у него. Знаешь, в такой ситуации, когда особо и не хочется присматриваться. Но что хочу сказать, когда болгаркой я резанул его, он даже звука не издал. Это второй там что-то орал себе бегал, а этот же молча назад в темноту отпрыгнул и тогда же мы и побежали.
— А кровь была там или что?
— Да хер знает. Я внимания не обратил. Сука, но это было что-то очень страшное. — дрожащим голосом говорил Марк, еще раз перевязывая руку Кирюхе.
— Жесть какая. И что делать нам, а, парни? — отозвался Олежка.
— Пока что никаких вариантов нет, возьми вон лучше поешь немного. Нужно отдохнуть да набраться сил. У меня их лично уже не осталось. — сказал я.
— И у меня. — согласился Марк.
Олежка же, достав с рюкзака бутерброд, просто молча начал его жевать. Я же наконец-то попил воды. Сердце до сих пор колотилось безумно просто. И так мы и сидели вряд под стенкой. Я крутил ручку этого мини генератора, в попытках зарядить фонарики да пауэрбанки. Кирюха уснул. Марк, набрав кучу каких-то бумажек с полки, все пытался вычитать что-то и понять, где мы вообще находимся и что это за место. Ну а Олежка просто сидел и, поджав под себя ноги, просто смотрел на загороженную дверь, за которой раздавались всяческие демонические звуки и доносились до нас лишь еле слышным эхом. Сколько еще так будем сидеть, не знаю, но задерживаться не стоит надолго. Рано или поздно и сюда доберутся. Я как будто чувствовал это и не горел желанием еще раз встретиться с ними. Но что-то подсказывало мне, что это была далеко не последняя наша встреча. Но еще один вопрос мучил меня до сих пор: почему мы оказались так глубоко? Это же вообще парадокс какой-то. Нужно пошарить по этим архивам. Наверняка тут должно найтись что-то полезное.
