Страшилки из YouTube
Воды нет нигде
Часть 5
Уже пошел второй день моей жизни в квартире очень хорошего человечка по имени Гена. Да-да у того, который совсем недавно спас мне жизнь, по-другому я не назову. Если бы не он, то я бы уже ничего этого не писал. Ну уж так распорядилась судьба, что дверь подъезда открылась и оказалась непреодолимым препятствием для грязных. Я, наконец, привел себя в порядок, немного побрился и израсходовал пол пачки влажных салфеток, обтер все свое тело, принял душ, так сказать, прекратив тем самым уже осточертевший мне зуд.
Сказать честно чувствовать себя я начал немного лучше, когда есть с кем говорить и что рассказывать. Единственное, что мы старались выражаться коротко и, по сути, без лишних рассуждений, от которых разговор мог длиться часами, а во рту в момент образовывалась пустыня. Но водички с каждым днем становилось все меньше, а пить хотелось все больше. Та моя вода, которую я с бочка в оружейке набрал, все еще лежала в моем рюкзаке рядом с несколькими баночками консервов. Пусть это будет на черный день, пока что терпимо, но чувствуется мне, что это ненадолго.
Грязные в подъезде с каждым днем такое чувство как становились еще свирепее. Это можно было понять по жутким звукам, издаваемым ими же и по таким же жутким ударом в дверь, от которых каждый раз все тело вздрагивало, и, как будто на автомате подхватывал какой-либо предмет, а дверца-то у мужика слабенькая, обычная деревянная дверь стоит. А от удара в грязных, казалось, что она сейчас просто либо сломается, либо же сойдет с петель и грохнется в подъезд или в квартиру.
Если честно, я уже привыкаю потихоньку к этому. Не зря говорят, что привыкнуть можно абсолютно ко всему, чему захочешь, вот и я потихоньку привыкаю. Генка тоже уже нормально себя чувствует. Он, конечно, был в шоке от моего рассказа о том, что мне довелось пережить перед тем, как я его нашел. Он-то совсем из дома не выходил после того, как это все началось. Говорит, что с балкона наблюдал, что с людьми что-то неладное творится, вот и не рисковал выходить, даже в магазин не ходил. Воды говорит были запасы, так как еще до всех этих событий часто отключали. Консервов и закаток тоже в избытке, так что на улицу он не совался, но ежедневное уменьшение запасов, потихоньку давало о себе знать. Дневная норма уменьшалась, и все чаще в голову закрадывались мысли о том, что рано или поздно все-таки придет покинуть свое безопасное убежище. Вопрос только: когда? Собственно этот вопрос мы и обсуждали вчера на кухне.
Опять же решили нормально подготовиться, прежде чем открыть входную дверь. Жаль только, что я в тот день, когда оружейку нашел, свое самодельное оружие выбросил с испугу, сейчас бы лук вручил Генке. Ну а так что, ножи, лом у него был хороший и небольшой старенький топорик, так что мы собрали все, что осталось из еды и воды в рюкзаки. А у него вещмешок был еще советских времен, он с ним на рыбалку ходил постоянно, а теперь вот пригодился в немного иных целях.
Сегодня последний день ночуем тут. Что будет завтра, одному лишь богу известно, но кое-что известно и нам: завтра ляжет не одна грязная тварь. Настрой был крайне веселыми, боевым почему-то. Ну а так-то, конечно, теперь нас двое и каждый может чувствовать свою жопу прикрытой, почему-то я доверился ему, Гене. Не знаю почему, может из-за того, что по большому счету больше и некому, не знаю.
Ножи наточены, патронов есть немного, ружье я почистил, на этом все. Посидели мы тогда, поговорили и решили все-таки валить с города. Пешком не вариант, поэтому решили брать машину, коих валом по городу одна лучше другой, бери не хочу, только ключи бы найти. Я-то с автомобилями вообще не дружу. Водить не умею и понятия не имею какая лучшая и что как работает. Генка же наоборот: права есть, водить умеет, но машина его находится в гараже, а гараж, собственно, в километре отсюда. Пользовался он ею крайне редко, поэтому на ней ехать не вариант, да и к гаражам идти тоже не особо удобно, мало ли, что там по пути нам попадется.
На том и порешили, что утром завтра мы выдвигаемся в путь, берем первую же попавшуюся машину и мчим прочь отсюда. Посмотрим, что там за пределами города. Была надежда тогда, что у меня, что у Гены о том, что там за пределами города есть нормальная жизнь, пусть не везде, но она есть. Что есть нормальная вода и нормальные люди. Да, это были оптимистические мысли, которые я просто навязывал поверх реальных мыслей и сомнений, но все же я был уверен, что там за пределами каменных джунглей будет немного лучше, чем здесь.
Весь день прошел в подготовке к завтрашнему выходу. Как же мне это знакомо. Господи, хоть бы все было нормально.
Начинало темнеть. Гена зажег свечи и где-то у себя в кладовке еще и старую керосиновую лампу надыбал. Но только спустя пару часов после наступления темноты, я поймал в своей голове странную мысль, которую тут же подхватил Гена. На улице темно уже, а в подъезде не раздавалось ни единого звука, ни одного хлопка дверью, ни шагов, ни тех странных голосов, которые, собственно, и издают эти черти. Это уже было странно. Меня это не то, чтобы испугало что ли, но это было малость непривычно, но что-то подсказывало мне, что будет что-то нехорошее, о чем я и сказал Гене.
— Слушай, Ген, что-то будет, чует моя задница.
— Что будет? Утихли же, вроде. Разве это не должно как-то подбадривать что ли.
— Нет, поверь мне. Слушай, нужно сейчас выходить.
— Зачем сейчас-то, ты чего? Нужно поспать, сил набраться, но не дело же так сорваться и бежать. Тем более, ладно что-то б ужасное началось, совсем тишина же и поспать нормально можно будет.
— Было уже затишье такое.
— И что? — удивленно спросил он.
— А то, что затем стало все еще хуже и чую я, что если мы сейчас не уйдем, пока тихо все, то мы не уйдем никогда, тут и останемся.
Первый раз за время моего пребывания здесь, у нас с Генкой разошлись мысли, но мне удалось вдолбить ему в голову мою точку зрения.
Слушай, Ген, ты же не выходил никуда, правильно, с момента, когда люди себя вести странно начали на улицах?
— Ну да.
— Ну так вот, а я выходил и видел, как они постепенно по маленьким шажочкам, которые я назвал стадии, превращались в то, что сейчас живет у тебя по соседству и бродит по улицам. И между этими превращениями, были небольшие затишья. Боюсь, это повторения истории и если мы сейчас же не покинем город, то завтра или послезавтра это будет сделать куда более сложнее.
Он задумался.
— Хорошо, что будем делать?
— Одевайся теплее, обувь поудобнее, а так-то мы все вроде собрали. Сейчас же выдвигаемся.
Гена начал быстро одеваться, накинул на плечи рюкзак и взял в руки топорик.
— Ну что, я готов. — улыбнулся он.
Я же переломил двухстволку, зарядил два патрона.
— Погнали.
— Надеюсь, я еще вернусь сюда. — пробормотал мужик.
Мы вышли в подъезд. Он же закрыл дверь на ключ. В подъезде гробовая тишина. Небольшим эхом только раздавалось наше шуршание, тем более никаких звуков вообще не было. Мы потихоньку начали спускаться вниз. Этажом ниже нас уже ожидал не особо приятный сюрприз.
Спускаемся мы значит по ступенькам. В подъезде же какие квартиры открыты, какие закрытые. Заходить в них не было особого желания, но вот одна дверь была открыта. Я пролетел ее, не заметив, что там, а вот Генка увидел.
— Смотри, чего там? Фу нахер. — указывая пальцем в квартиру, сказал он.
— Чего там?
Я вернулся и чуть больше открыл дверь, глянул, что там внутри, а в прихожей стоит что-то отдаленно похожее на человека, но оно и не похоже на тех, кто гнался за мной позавчера. Руки тоже были сросшиеся по швам только вот… вот эта, как я говорил ранее, пленка, которой, как мне казалось они были покрытые, как будто была разрезана и с нее что-то текло на пол. Гена светил лампой и это было хорошо видно, но тварь совсем не реагировала на нас, стояла, как статуя, даже не шевельнулась. То, что лилось с него, было такого вроде как темно-бордового цвета почти черное, и среди этой жижи также выпадали, как будто какие-то маленькие ошметки. Клянусь, меня чуть не вырвало там же.
— Пойдем быстрее. — сказал я Генке, но было поздно.
Только я сказал это и сделал шаг вниз по ступеньке, оно, как будто обернулось. С этого разреза перестало что-то течь, и в темноте квартиры моментально загорелись два огонька.
— Твою уже мать. Туши лампу, быстро!
Генка быстро задул горящий фитиль и глаза, то есть огоньки остановились на месте. Мы же, чтоб не издать лишнего шума, на носочках медленно спускались к первому этажу, и буквально через несколько секунд нам уже не пришлось соблюдать тишину, потому что с квартиры раздались тяжелые быстрые шаги уже в нашу сторону. Сердце мое буквально чуть ли не выпрыгнуло из груди. Дыхание участилось, каждый волосок встал дыбом. Уже с остальных этажей тоже послышались звуки, видимо они там были чем-то заняты все, и мы каким-то образом их отвлекли что ли, я не знаю.
Я бежал вниз по лестнице, Гена же за мной не отставал, и за ним уже бежал кто-то третий.
Бежим быстро!
Мы спустились на первый этаж, я открыл дверь, и мы выбежали из подъезда. Я ожидал жуткого удара в дверь с той стороны, но его не последовало. Но вот, когда я повернул голову в сторону двора, я понял, что наступила тотальная жопа, потому что все то, на что я надеялся все это время, а именно это чистые осадки, дождь, снег, град не оправдало моих ожиданий. На улице шел дождь. Как я его не слышал пока мы дома были, я не знаю, но суть в том, что он тоже был черным. Гена еще выходит такой:
— Опа, смотри дождик, вот тебе и вода. — и чуть ли не выпил идиот.
— Стой, — говорю. — присмотрись.
А он смотрит сначала на руки, а потом на меня глазами пятаками.
— Это ж, это же что получается? — тихонько отчаявшись, спросил он меня.
— Я не знаю.
Единственное, что я тогда почувствовал, это то, что руки мои потихоньку начали опускаться. Отчаяние и грусть нахлынули на меня и окутали мое сознание. И знаете, что было как-то странно? Я чувствовал, словно это не у меня внутри оно само так стало, а как будто кто-то это со мной делает. Как будто специально навязывает эти мысли и у Гены тоже.
Я такой стою, торможу и смотрю во двор и не могу разглядеть, что там вдали стоит. Ну да ладно, не об этом сейчас думать нужно, а о том, как же нам выбраться из города. Честно говоря, под этот странный дождь никак не хотелось попадать, а по-другому никак. И собравшись уже, наконец, с мыслями, мы все-таки вышли из-под козырька.
— Слушай, а что, если ее может насобирать эту воду да вскипятить? Может выйдет гадость эта вся? — спросил меня Гена.
— Нет, не выйдет, я уж пробовал и кипятить, и фильтровать, ни черта не выходят.
— Ну может дождевая отличается как-то от той, что с крана текла?
— Мне кажется вряд ли, ну если хочешь, давай попробуем. Бутылка там у меня пустая есть в рюкзаке, достань набери.
Гена достал бутылку и принялся набирать эту, так сказать, дождевую воду. На улице же ни звука, ну кроме, конечно же, падающих из неба капель. Еще что хочу подметить: вода это жутко воняла, сильнее даже чем та, что с под крана текла. Воняла, как будто болотом что ли, торфяником каким-то, не знаю.
В общем, идем мы, значит, и я понимаю, что повсюду стоят вот эти черти страшные. Стоят и не шевелятся и так головы по закидывали, как будто дождь этот ловят и кайфуют от него. Выглядело это поистине ужасно. Зрелище далеко не для слабонервных. Вы только представьте себе вот такое: стоит неведомая тварь, с нее что-то течет на землю, странная какая-то субстанция, а оно голову опрокинуло назад и дождь ловит. Это было мерзко и страшно. А от запаха вокруг просто тошнило. Тошнило вплоть до рвотных позывов, но мы шли. Шум дождя маскировал наши шаги. Мы проходили мимо тварей, а они даже не реагировали на нас. Гена же шел просто с вылупленными глазами и с открытым ртом, прикрытым рукой. Конечно, он видит это все впервые, и я представляю его шок.
Идти нам долго не пришлось. Первая же машина стояла в этом же дворе и была это вроде девятка или 99, я не разбираюсь. Стояла как раз на въезде во двор. Не церемонясь, я прикладом вышиб стекло и открыл дверь, благо сигналки не было, и она не заорала на весь двор.
— Ну что, падает за руль.
— Я так понял, ключей нет? — спросил меня Гена.
— Какой ты понятливый.
— Эх, что б ты без меня делал?
— В смысле?
— Ща заведем. Хорошо, что эта машина попалась нам, знаю я, как это ведро без ключей завести, как в фильмах, бляха муха, проводки соединять будем. Только это все не так быстро, подождать нужно. Дай мне нож, я не знаю или что-то похожее. Нужно снять защиту.
— Ты точно знаешь, как это делать?
— Да знаю, не переживай. Я в одно время на СТО подрабатывал, так там и не такому научат. — тихонько смеясь, говорил он.
— Только постарайся быстрее.
В общем, провозился он, я не знаю, минут 20, наверное. За это же время ничего не происходило, все спокойно, дождь только барабанил по крыше, да и все. Я начал потихоньку вырубаться, пока ждал, как внезапно двигатель завелся.
— Во, наконец то. — вытирая и без того черный потный лоб руками, сказал Гена.
— Ща поедем.
Он включил фары и нас обоих охватил шок, кровь застыла в жилах, у меня моментально разболелась голова, и тело сковал животный ужас, а все, потому что в свете фар я уже отчетливо видел все, что происходило в темноте. А происходило, собственно, то, чего я никак не ожидал. С этих тварей что-то вылезало, не со всех, некоторые все так же стояли, как вкопанные, а с некоторых вылазило что-то странное с того самого разреза, что я и говорил ранее, с которого жидкость с ошметками выливалась. Что вылазило, я не успел рассмотреть, потому что Гена резко тронулся с места и дал по газам. Теперь его глаза наполнились не грустью и отчаянием, а злостью он ехал и сбивал все, что попадалось на его пути, а на пути, поверьте, было чему попадаться. Тварей этих было предостаточно. Некоторых он объезжал, а, которых не удалось объехать, он давил.
— Суки, получайте, твори. Откуда же вы повылазили, черти? — орал он.
Спустя пару минут мы выехали на дорогу и Гена еще больше надавил на педаль газа, и я уж понимал, что все наконец-то вырвались. Да, конечно. Проехали мы, не знаю, может километра два и случилось то, чего я никак не ожидал. Машина просто заглохла.
— Сука! — ударил Гена по рулю.
Заглохла — это еще полбеды. Суть в том, где она заглохла. Это случилось на дороге чуть дальше центра города, в таком же, вроде как в спальном районе, из которого мы, собственно, и выехали. Повсюду здесь были те же твари, но они как будто окаменели. Они вообще не подавали признаков жизни, не издавали ни единого звука. В голову забирались не очень хорошие мысли. Мне казалось, что вот-вот они все сорвутся и начнут делать что-то плохое с машиной и с нами.
Постояли мы в такой тишине, не знаю, минут может десять, вокруг ничего не менялось. Затем в один прекрасный момент вот эти окаменевшие твари начали шевелиться, и шевелиться не сами, а как будто внутри у них происходило что-то. Я вспомнил про то, что увидел чуть ранее в свете фар, когда из одной твари вылазила другая. Вот тут-то от дичайшего ужаса я думал головой тронуть. Насколько ужасные вещи в голову полезли, что я даже не знаю, как объяснить это все.
Холодок пробежал по всему телу. В этих чертях реально внутри что-то шевелилось, как у беременной женщины ребенок подает признаки жизни и я понял, что люди стали чем-то типа инкубатора что ли для чего-то жуткого и неизведанного. От осознания этого меня охватила паника. Я сидел на пассажирском сидении и меня трясло. Было очень страшно, еще и заглохла машина, блин, посреди дороги и к ближайшему зданию нужно пробежать несколько десятков метров.
— Гена давай что там?
— Да выходить нужно под капот смотреть.
— Так давай быстрее. Что делать будем: спрячемся или попробуем починить?
— Да попробуем, может незначительное что-то да поедем сейчас. — дрожащим голосом говорил Гена. Было видно, что он еле-еле себя контролирует.
Мы вылезли из авто и открыли капот
Я прикрываю, делай, Ген.
Гена зажег свой маленький карманный фонарик и принялся осматривать двигатель. Я приложился к ружью и направил его в сторону грязных, хотя они были повсюду и сзади, и спереди, и я то и дело оборачивался каждые пять секунд. Дождь еще этот черный, жесть какая-то. Видимость из-за него была вообще хреновая. Еще и темень повсюду.
Поковырялся там в моторе Гена около двух минут, и я понимаю, что там вдали уже вижу движение быстрое и стремительное. Понял, что бежала это уже что-то новое, когда оно подбежало и попало под свет фар, даже разглядеть я толком ничего не успел. Скажу только то, что это было что-то похожее на человека и все. Какая-то красно-бледная кожа с огромными жилами по всему телу, и это единственное, что мне удалось разглядеть. Башку не увидел, так как она не попадала в свет фар.
— Гена, валим, валим, жопа сейчас будет. Вон в то здание, быстро.
Справа от нас был какой-то то ли хоз. Магазин, то ли что-то похожее на это, я не знаю. Я взял Гену за куртку и быстро мы помчали туда. Со всей дури я врезался и выбил дверь. Забежав внутрь, я сразу же окинул взглядом все помещение и попытался найти чем бы эту дверь подпереть, и я нашел. Под стенкой стояла огромная тумбочка или шкаф, я не знаю. Мы быстренько ее передвинули, тем самым подперев дверь. Как оказалось позже, ее и подбирать не надо было. Нас, скорее всего, каким-то волшебным образом просто не заметили, а вот мы, уже глядя в окно, кое-что да заметили.
Поначалу изо всех этих, так сказать, грязных, которые стали инкубаторами, повылазили уже новые, куда более страшнее и, скорее всего опаснее.
— Вот тебе и пятая стадия, твою мать.
Гена же стоял в полнейшем ахуе внутри магазина и даже не знал, что делать и что сказать. Его глаза, казалось повыпадают сейчас от ужаса, который начал происходить на улице.
Фары все еще горели и в их свете было видно, что те самые сволочи лазили там рядом с машиной, осматривали ее и уже они начали издавать звуки, только уже не похожие на человеческие крики, которые издавали предыдущие, так сказать, грязные. Эти были, как будто из самых страшных фильмов ужасов. Звуки, от которых хотелось забиться в самый дальний угол, скрутиться калачиком и заткнуть уши.
Гена сел под стенкой, я же, немного понаблюдав, присоединился к нему.
— Ну что, я так понял уходить была не самая лучшая идея, да?
Я опустил голову.
— Согласен. Нужно ждать до утра. Надеюсь те, кто там на улице, не сумеют сюда попасть. Окна, вроде с решетками.
— Да не должны. — ответил Гена. — Что же такое творится-то а? Что я только что увидел? — схватившись за голову, пробормотал Гена.
— Успокойся, мы обязательно выберемся и обязательно найдем причину всего этого ужаса, а пока спи, я покараулю пока что, затем сменимся.
— Хорошо. — ответил Гена и увлекшись поудобнее, закрыл глаза.
Ну а я же принялся разглядывать магазин, в котором в отличие от оружейного, оставалось куча разного полезного добра.
