Страшилки из YouTube
Папа, не выключай ночник
Часть 4 Финал
Звонок мобильного пинком выбил меня из сна. Ещё толком не проснувшись, я поднял трубку. Перед глазами всё плыло, и я сначала даже не понял, кто вообще звонит мне в столь позднее время. Но услышав хриплый и уже довольно знакомый мне голос, я проснулся. Звонил Валерий. Время было, начало третьего ночи.
— Алло, алло! — послышалось в трубке.
— Да, я слушаю. — сонным голосом ответил я.
— Ты проснулся?
— Ещё не полностью.
— Так давай просыпайся и слушай внимательно.
— Что-то случилось?
— Вообще как бы да. Ну так, если ты не знал, то за вашей семьёй, в частности за твоим сыном охотится какая-то потусторонняя чертовщина. А так, ничего особенного. — раздраженно сказал он, отчего я машинально попытался привстать с кровати, ну и конечно же полностью проснувшись уже бодрым голосом повторил.
— Что там, что случилось?
— Ты как, двигаться можешь уже?
— Да уж, получше будет.
И в эту секунду я немного прозрел. А ведь действительно. Я когда трубку брал, тянулся рукой к тумбочке. Когда чуть выше поднялся, не скажу, что совсем боли не чувствовал. Но и не такая сильная она была как днем.
— Валера, что за дела такие? Я ничего не пойму.
— Чего ты там понять не можешь?
— Ну, как бы от нас живого люди подольше в больничке лежат.
— А ты что, не лежишь уже?
— Да я вот сижу на кровати уже свободно.
— Это хорошо. Но ты ж не забывай, что тебя там не сильно зацепило, насколько я знаю. Да и вообще мы тут встретились с женой твоей, красавицей. — сменил он тему и сказал это довольно встревоженным голосом, от которого мне стало немного не по себе. И я не на шутку испугался.
— Что-то не так?
— Нужно, чтобы ты приехал к себе домой. Я понимаю, это сложно. Попробуй что-то наврать медсестре. Ты нужен здесь.
Его слова не на шутку меня встревожили.
— Валер, ты можешь объяснить, что произошло? — уже повышая на него голос, говорил я. И лишь после этой фразы я вслушался и услышал в трубке, как плачет моя жена. — Она плачет? Что с ней?
— Твой сын исчез, — отрезал Валерий.
Меня как будто по голове огрели чем-то тяжелым. Во рту моментально пересохло и противно закололо в горле. Я даже словами не могу передать того, что я тогда почувствовал. В трубке повисло молчание, и лишь плачь жены расставался с динамика и подобно острой игле пробивал мой разум, заставляя тело покрываться мурашками. Без лишних слов я собрал все силы в кулак, встал с кровати. Боль все еще терзала все моё тело, рука все еще была перебинтована, но в те минуты я совсем не обращал на это внимания.
— Где вы? — обронил я спустя пару десятков секунд молчания.
— Мы у вас дома, ты приедешь?
— Да, да я приеду.
— Может тебе вызвать такси?
— Не стоит, я сам.
— Давай аккуратнее, я прошу тебя, ты здесь нужен живой.
— Я приеду, Валера. — монотонно проговаривал я, пытаясь одеться одной рукой, зажав телефон между плечом и щекой.
— Хорошо, мы ждем тебя.
Сердце тогда просто выпрыгивало с моей груди. Я пытался одеться, но у меня ничего не выходило, и вместо того, чтобы накинуть на себя куртку, я уронил на пол целую вешалку, что, собственно, повлекло сильный шум и визит в палату дежурной медсестры. Когда она вошла, я по ее глазам заметил, как она охренела. Тот, кого четыре дня назад пырнули ножом, сегодня уже во всю расхаживал по палате.
— А вы куда собрались? — удивленно спросила она.
— Мне нужно уехать.
— Но вам нельзя. Вам вообще с кровати вставать нежелательно, — повышая голос говорила она мне.
Но в моей голове сидела лишь одна мысль. Я просто не реагировал на её замечание и продолжал собираться. Она растерялась. Я сразу заметил это и не теряя времени сказал:
— Солнце, у меня пропал сын. Ты думаешь я вот так приму это и буду сидеть здесь?
— Нет. — не уверенно, ответила она.
— Помоги лучше мне, пожалуйста, одеться и вызови такси.
Девушка всё так же растеряна, стояла в проходе.
— Не хотите? Ну ладно.
— Подождите, нужно позвонить доктору.
— Ах да, как же. Передайте ему, что я ничего никому не скажу, а то он наверняка очень переживает по поводу нападения на меня.
Мои слова отбили у медсестры желание кому-либо звонить.
— Как тебя зовут? — спросил я ее.
— Даша? — дрожащим голосом ответила она.
— Даша, вызовите мне такси, пожалуйста. И я поеду, мне уже лучше, правда. Завтра выписку напишите, я как-нибудь заеду заберу.
— Хорошо, куда вызывать машину?
Девчонка помогла мне одеться и вызвала такси. Я, отблагодарив ее тысячной купюрой в халатик, поковылял в сторону выхода. Стрельнув у охранника сигарету, я вышел на улицу, затянул полный легкий воздух, а затем и никотина. Не курил уже 10 лет, и только сейчас мне захотелось раковую палочку, как никогда в жизни.
Не успел я и половины выкурить, как послышался гул, и ко входу в больницу подъехала такси. С трудом себе внутрь я закрыл дверь, и мы поехали. На дворе стояла холодная ночь. Машин да людей не было в городе, от слова совсем. Жизнь как будто замерла, уснула. И благодаря этому, водитель быстро довез меня домой. Слава богу все прошло нормально, и доехали мы без происшествий. Хотя, честно признаться, я был готов к тому, что там тварь вот-вот и выбежит на дорогу, спровоцируя еще одну аварию. Да вот только с той скоростью, с которой мчал водитель, она скорее всего закончилась бы плачевно для меня, да и для самого таксиста. Но слава богу все хорошо. И я, рассчитавшись, вышел с машины.
Свет в моем доме горел. И только стоило таксисту отъехать, как дверь открылась, и меня встретил Валера.
— Ну наконец-то ты приехал. Как в больнице? Все нормально? Договорился?
— Ну, можно и так сказать.
— Чувствуешь себя как? Нормально?
— Да уж, лучше, чем вчера. Это какой-то феномен, честное слово.
— Это я тебе потом как-нибудь расскажу. Пойдем в дом.
У меня в голове как-то всё перевернулось кверху дном. Всё было по-другому. Не так, как я видел это ранее. Дед, который разваливался на глазах при нашей первой встрече, сейчас щеголял как молодой парень. Мой дом, в котором я прожил более десяти лет, мой родной дом, больше не казался мне таким. Эта двухэтажная постройка вызывала жуткие воспоминания и ассоциации. Хотелось покинуть это место и никогда более сюда не возвращаться. Я чувствовал себя крайне странно, и физически, и морально.
— Пойдем в дом. — положив мне руку на плечо, проговорил Валера.
Я молча проследовал за ним. Войдя внутрь, я увидел свою жену. Всю в слезах. Она подбежала ко мне и крепко обняла. В этих объятиях я позабыл про все проблемы. Но не прошло и минуты, как о них напомнил голос, раздавшийся с кухни.
— Это все очень мило, но… вы не хотите обои подойти сюда?
— Да, да, конечно, простите, — вытирая слезы, проговорила Надя, и мы прошли в кухню.
— Что со Славкой? — в полтона проговорил я.
— Помнишь, я предупреждал, что произойдет что-то страшное? — не дав ответить Наде на мой вопрос, начал Валерий.
— Он просто исчез, когда мы спали, понимаешь? Он лежал рядом со мной. Ты знаешь, какой у меня чуткий сон, милый. Я бы проснулась, произойди что-то не так.
— Но это произошло, именно ты не уследила. Где теперь его искать? — внезапно вырвалась у меня.
Надя отошла на несколько шагов и вновь заплакала. Я не контролировал себя.
— Что с тобой? — удивленно спросил меня Валера и подошел ко мне вплотную, взглянув мне прямо в глаза. — Это произошло бы рано или поздно, ты прекрасно знаешь, чем мы имеем дело. Это нечисть, это то, чего быть существовать не должно. Надежда беззащитна перед этой силой, что уж говорить о твоем сыне. И вместо того, чтобы сейчас сплотиться и решить проблему, вы ссоритесь. Как ты не поймешь? — он подошел ко мне и заглянул, казалось, прямо мне в душу. — Вы этим играете ей на руку. Проснись, что с тобой?
Внезапно он крикнул на меня, что я в себя пришел. Перед глазами как будто развеялся какой-то странный туман, окутавший мой разум и подбивавший меня на необдуманные поступки и слова. Надя сидела на диване и плакала. Я бросился к ней. Извинялся и пытался разрядить царящую в комнате жуткую и удручающую обстановку.
— Мне удалось кое-что выяснить, — тихо сказал Валерий.
— Что же? — отозвалась моя супруга.
— А ну-ка постарайтесь вспомнить, как выглядели прошлые хозяева дома. Часом не пухлая рыжая женщина в очках, а с ней рядом худой заикающийся мужик.
— Да... да, это они нам продавали дом. Приятные и в то же время какая-то странноватая пара, — отозвалась Надя. — А вы как узнали о них?
— Пойдемте за мной.
Мы с Надей встали с дивана и последовали за Валерой на второй этаж к чердаку.
— Я нашел фотографию прошлых хозяев дома там на чердаке.
— Да? А где она была? Я там убиралась неоднократно, не видела её.
— Она была спрятана в старом комоде.
— Валера, а можно побыстрее к делу? — раздраженно сказал я, не желая ждать и слушать про бывших хозяев.
— Хорошо, я сейчас попытаюсь вкратце тебе всё объяснить. Видишь ли, прошлые хозяева не просто так продали дом за те деньги, которые вы за него отдали. Ведь это небольшие деньги, не так ли?
— Ну, как сказать?
— Для такого дома это была очень низкая цена, хоть он и был, скажем так, не в очень хорошем состоянии.
— Ну ладно, это играет большую роль?
— Можно и так сказать. Суть в том, что хозяева прошлые, на голову больные уроды.
— По мне так довольно милая парочка была, — возразила супруга.
— Эта обертка, как вы не поймете, у них была дочь Эльвира. Красивая, очень неземной красоты девушка.
— Но позвольте, — вновь вмешалась в его рассказ Надя. — откуда вы все это знаете?
— По-моему, это сейчас не то, чем вы должны интересоваться. Можно я завершу рассказ, а затем расскажу вам, откуда я все это взял.
— Да-да, конечно, извините, пожалуйста.
— Так вот, папаша девчонки этой стукни ей 15 лет, словно с катушек слетел окончательно. Что он только с ней бедной не творил, и насиловал, и бил, и резал. Причину того, почему он сошел с ума, я не знаю, но в чем весь сок, а в том, что и мамаша особо против этого не была. В общем, закончилось все тем, что девчонка забеременела от своего же отца. Ну, они заперли ее в комнате и так и держали, до тех пор, пока бедная не умерла. Узнали они об этом лишь тогда, когда с комнаты начали вылетать мухи и дом не наполнился жутким смрадом дохлятины. Они, недолго думая, схоронили остатки дочери под домом, прямо под паркетом, и понимая, что за это придется отвечать, выдрали дом от и до и выставили на продажу.
Я, слушая эту историю, непроизвольно открыл рот и в голове начал складываться пазл. Моментально всплыли слова про ее сына, про яму, в которую ее зарыли. Надя, видимо, тоже вспоминала эти слова, и от услышанного у нее начали подкашиваться ноги. Она присела на стульчик.
— Ах да, я же... я же обещал вам рассказать, откуда я все это взял. Как бы вам объяснить, у меня есть дар. Дар, дотрагиваясь к предметам, видеть всю их историю, подлинную историю. Я обследовал, грубо говоря, каждый сантиметр вашего дома и в моей голове вырисовалась примерно такая вот картина.
— Это все хорошо, но как нам сына найти? Как нам избавиться от нее?
— Как избавиться? Перезахоронить и дело с концами. Закопали ее прямо под лестницей на второй этаж. Еще кое-что хочу сказать вам. — на полтона ниже проговорил он. — Я долгое время находился при церкви. Я знаю, как бороться с подобными существами, но я хочу, чтобы вы тоже кое-что знали. Покойники, которые не были похоронены по нормальному христианскому обычаю, покоя-то и не знают. Они застревают между нашим миром и миром мёртвых, и натворить они здесь могут очень много бед.
— То есть стоп, получается, что вы изгоняете их или как? Экстрасенс что ли? — поинтересовалась Надя.
— Я помогаю людям и только. Вы не единственные, кого потревожили покойники, да и признаться честно, неупокоенные души — это еще самая мелочь, с которой мне довелось встречаться.
Я стою, слушаю это все и не могу поверить в то, что происходит.
— Сейчас нужно каким-то образом раздолбить пол и осмотреть место, где закопали девушку. Я думаю именно там мы сможем найти ответы на все те вопросы.
— Как нам поможет это в поисках моего сына? — вновь повысил я голос.
— Не сомневайся, поможет. Я понимаю, ситуация очень сложная, вы с трудом ее переносите, но почему бы тебе не держать себя в руках, а? — уже повысил голос он. — Я сейчас соберу все свои вещи и уеду к себе домой, если еще раз покажешь здесь свои нервы.
— Хорошо, хорошо, прости. Я порой сам себя не контролирую.
— А ты контролируй. — он заметно взбесился.
Бесспорно, я в этом виноват.
— Есть у вас здесь лом или может быть топор?
— Есть топор, сейчас принесу. — сказала Надя и побежала в сторону выхода с дома.
У нас на улице стоял небольшой сарайчик, там хранился весь инвентарь.
В доме наступила тишина. Мы стояли и молча ожидали, пока моя супруга принесет то, чем можно было бы раздолбать пол под лестницей. Надя прибежала обратно с топором в руках и передала его Валере. Тот же в свою очередь со всей силы начал лупить по паркету, отчего тот разлетался щепками во все стороны. Когда дыра в полу стала более-менее приличной, он отбросил топор в сторону и принялся руками выламывать доски. Я же попытался помочь ему, но не прошло и нескольких секунд, как в доме полностью погас свет. Вмиг нас укрыла темень, хоть глаз выкали, и в этой темноте раздался жуткий крик моей жены. Я резко обернулся назад, и последнее, что мне немного удалось разглядеть, это как её что-то тянуло за собой на второй этаж. Я бросился за ней. Валера же остался ковырять пол. Стоило мне ступить на лестницу, как тут же, а себе напомнила боль в животе. Я согнулся и непроизвольно вскрикнул. Но, понимая, что сейчас произойдет, я собрал все силы в кулак и бросился вверх по лестнице. И уже на втором этаже я понял, что наступила тишина.
Оборачиваясь по сторонам, я начал проверять все комнаты. Быстрые шаги по лестнице вынудили меня обернуться. Сзади меня стоял Валера.
— Я нашел остатки.
И буквально после этих его слов, с одной из комнат я услышал уже так хорошо знакомые мне хриплое дыхание той твари.
— Она там! — прошептал я Валере.
В ответ он лишь достал со внутреннего кармана своей куртки большой деревянный крест и направился в сторону комнаты. Затем же начал происходить сущий кошмар, разделивший мою жизнь на до и после.
Он зашел в комнату, с которой доносился хрип, но и я за ним. Сразу же он начал читать какую-то неизвестную мне молитву, выставив крест перед собой, а в противоположном углу комнаты стояла эта тварь. Лунный свет хорошо освещал комнату, и я отлично видел ее, но самое страшное было то, что оно в руках держало моего сына. Его бездыханное тело наполовину лежало на полу, оно держало его за другую половину. Он уже начал разлагаться, о чем говорил жуткий запах в комнате, от осознания того, что вообще произошло. У меня подкосились ноги, я чуть не упал на пол, но чудом удержался. В голову полезли все воспоминания, связанные с моим сыном. Вся жизнь его пролетела у меня перед глазами.
Я схватился за голову рукой и молча присел на кровать в нескольких метрах от твари в голове помутнело. Мне уже было все равно, что со мной будет. Отсюда я лучше видел его лицо, изъеденное за столь короткое время червями, пожелтевшее, неживое.
Слезы покатились у меня по щекам. Мир остановился для меня. Всё замерло. Я слышал, как Валера всё ещё кричит неизвестные мне церковные слова. Я видел, как они задерживают тварь там в углу, где она и стояла, как только мы вошли в комнату. Оно извивалось, кривлялось, пыталось напасть на Валеру, но её что-то сдерживало. Предметы в комнате начали разлетаться в разные стороны. Грохот крик той твари и молитвы слились в одну жуткую какофонию, от которой бросала в дрожь.
— Быстро достань ее остатки с ямы под лестницей, возьми лопату и зарой их за пределами вашего участка! Я долго не смогу ее держать! — кричал Валера между молитвами. А еще я слышал что-то наподобие: — Не ведись, это неправда! Не верь ей!
И собрав всю волю в кулак, я встал на ноги и поковылял на первый этаж. На кухне, взяв пакет, я начал складывать в него кости этой потусторонней твари. Её труп, видимо, был замотан в какую-то тряпку. Благодаря этому у меня получилось всё это сделать быстро. Я выбежал с дому и устремился к калитке на заднем дворе, попутно схватив лопату. Покинув пределы своего жилища, я вырыл небольшую яму и бросил в неё пакет с костями и так же быстро как выкопал, принялся зарывать её. Одной рукой это было делать крайне неудобно, но я не знаю, что мной двигало тогда. Может адреналин, может паника. Я не могу этого объяснить до сих пор. Могу сказать лишь то, что после этого в доме в миг всё утихло. С него перестали слышаться молитвы, крики и прочие звуки, издаваемые той потусторонней сущностью. Ноги подкашивались, но все же я доковылял к дому. Внутри же царила тишина, и лишь одинокие шаги слышали сверху.
Я поднялся по лестнице. Валера сидел у двери комнату. Рядом с ним сидела моя жена, покачиваясь, и смотря в некуда, она гладила по голове нашего сына.
— Что здесь произошло?
— Все хорошо. Ты успел. Все хорошо. — чуть слышно бормотал Валерий.
Он поднял свой крест с пола и, поцеловав его, положил обратно в карман.
— Теперь она не потревожит ваш дом. Забудьте все это как страшный сон.
— Стоп. Славка живой?
— Живой, конечно. Я же тебе кричал, не верь. Нечисть еще и не такое вытворять может, дабы ввести в заблуждение человека, ослабить его моральный дух. Но ещё бы немного и всё повернулось бы намного печальнее.
— А Надя с ней всё хорошо?
— У неё шок, её изрезал эта тварь. Вон видишь все руки в крови. Где аптечка у вас? Тащи сюда.
Мы оказали моей супруге первую медицинскую помощь. Обмотали все раны, коих было не один десяток. Видимо она защищалась и закрывалась руками, так как изрезаны были только руки. Я вовремя подоспел, тогда, когда её потащило что-то на второй этаж.
Помощь первую оказали, но ей нужно было в больницу. Скоро я забрала её. Славка потихоньку отходил от пережитого. Затем полиция, больница, дом. И всё по кругу. Но уже через два месяца жизнь потихоньку стала налаживаться.
Раны у Нади почти зажили. Славка уже и забыл вовсе, что ему довелось пережить. Мы положили новый паркет. Да, это очень важная деталь, я знаю. Очень хорошо подружились с Валерой. Иногда он приходил к нам в гости, и мы пили чай с Надиными блинчиками. Но это случалось крайне редко, ведь он был занят своей основной работой. Он избавлял наш мир от сущностей с иных далеко не дружелюбных миров.
