Страшилки из YouTube
Оно хочет есть
Часть 5
Когда мы с дедом выбежали к дороге, сил уже не оставалось. Мы в буквальном смысле чуть ли не выплевывали свои легкие, ноги подкашивались, но мы все еще стояли, стояли и понимали, что на противоположной стороне дороги расположилось уже так знакомое мне кладбище. Те самые ржавые кресты, поваленные оградки и памятники, и те самые разрытые, пустые могилы. От осознания того, что в прошлый раз я видел этот погост в совершенно другом месте вообще в другом конце деревни, у меня побежали мурашки по всему телу, а в горле с толком.
— Стоп, дед Серёг, ты видишь? Это кладбище то самое, то, что я видел накануне.
— Да я уже понял это. Только вот что оно делает здесь, ведь ты говорил, на лужайке видел, где мы с тобой грибы собирали.
— А вот и я о том же. Это какой-то феномен непонятный. И сдается мне, что хорошим это не закончится.
— Значит, давай тихонько сейчас обходим его и идем вдоль по дороге, гляди выйдем куда-то.
Но не успели мы сделать и шага в сторону, как я заметил какое-то движение за теми же старыми памятниками да крестами.
— Тихо, стой! — прошептал я деду.
— Чего там?
— Там кто-то есть.
— Где? На погосте что ли?
— Ну а где еще?
Дед всмотрелся туда.
— И правда шевелится что-то. Не нравится мне это.
— И что делать?
— Да вон тихонько давай за кустами спрячемся.
Тем временем, пока мы шли к ближайшему кусту, я не отводил взгляд от загадочного погоста, из-за памятников которого потихоньку начали подниматься темные силуэты. Они были далековато, ну от нас, метрах в 20 примерно. Их было почему-то хорошо видно. Дурные мысли лезли в мою голову, и что-то подсказывало мне, что толку от того, что мы сейчас спрячемся, где-то за кустом не будет. У этой нечистой силы была цель, и они шли к ней, шли перешагивая могилы и оградки. Господи, как же они двигались, это просто какой-то кошмар. Кто-то полз на четвереньках, кто-то боком вообще шел как краб, твою мать. А звуки, издаваемые ими же, просто как будто проникали глубоко в сознание. И заставляли остановиться, подождать и самовольно отправиться навстречу к этим чудищам, подарив им свои души и тела. Но мы с дедом держались, молчали и лишь иногда, оглядываясь друг на друга, маленькими шагами двигались назад.
Я чувствовал себя подавленным. Со всех сторон бродила эта нечисть. В деревне они повсюду были. И тут вот еще идут прямо на нас. Шли мы получается вдоль дороги, через кусты и прочие заросли. Единственное, о чем я тогда думал, это хоть бы сейчас проехала хотя бы какая-то машина, хоть что-то, чтобы забрали нас и увезли из этого проклятого места. Как можно дальше. Но и одновременно понимал, что в этой дыре, даже если кто-то и проедет, то уж точно не в глубокую ночь, которая уже опустилась на наши головы и почти не оставляла нам со стариком шансов на спасение.
— Дед Серёг, — прошептал я. — я не могу так!
— Как не можешь?
— Да вот так! Куда идти нам? Что делать? Окружают нас! Ты что, не видишь? Толку от того, что мы прячемся тут, нас ведь всё равно видно. В нашу же сторону не просто так идут.
— А что ты предлагаешь?
— Я задолбался бегать, дед Серёг.
— Ты на что намекаешь? — удивленно спросил меня старик.
— А на то, что нужно в село воротиться?
— Ну ты дурак, что ли? И что там, а?
— А то, берем первое, что под руку попадается, и идем к Витьке во двор. У него же мотоцикл есть с коляской, я только сейчас о нем вспомнил. А там уже остается надеяться только на удачу. Повезет, уедем. Нет? Тогда уж тут и останемся.
— Тут останемся? Лично у меня не было таких планов.
— А сейчас что? Долго ты так пройдешь по кустам этим? Доберутся ведь вопрос времени.
— А вдруг проезжать кто будет?
— Ну проехать проедет, да остановиться ли?
— Верно. Не факт, что остановится. — опустив глаза в землю, пробурчал дед.
— Ну так что думаем?
— На мотоцикле ехать хочешь?
Я лишь молча покивал головой.
— Других вариантов просто нет. Я только сейчас вспомнил, так бы сразу туда и побежали. Лишь бы добраться только до него.
— Ну тогда пошли.
Мы тихонечко вылезли из зарослей и быстрым шагом пошли обратно в сторону деревни, лишь иногда судорожно оборачиваясь назад.
— Знаешь, дед Серёг, сдается мне, что куда бы мы ни ступили, куда бы ни пошли, этот погост прямо перед нами всё равно появится как ни крути. Я же говорю, феномен это какой-то. Понять бы из-за чего и что вообще происходит. Так может и нашли бы решение.
Так продолжался наш диалог до тех пор, пока я в очередной раз не обернулся и не увидел, как нечисть уже преследовала нас полным ходом.
— Бежим, дед. — схватил я под руку деда Серёгу и бросился бежать, что есть силы. Благо уже передохнули немного, пока в кустах сидели, хоть сил немножко набрались.
— Что там такое?
— Бегут за нами бесы эти.
От того, как они бежали, просто стыла кровь в жилах, карабкаясь на деревья и спрыгивая с них, переворачиваясь. Кто-то опять же на четвереньках бежал, да вот только быстро так, человек уж не сможет никогда это повторить. Но самое страшное было не это, а то что бежали за нами, бывшие односельчане. Обернувшись еще раз, я увидел и узнал Толика, который поджег меня. У тела и лица у него были словно обгоревшие, да и сам он выглядел, как будто пролежал в могиле уже несколько месяцев. Бабки, которые под домом у меня собирались, продавщица с магазина нашего и, самое главное, дочка деда Сереги — Катюха. Но старик благо не видел ещё её. Он просто бежал не оглядываясь, иначе увидев дочь, он бы в момент остановился. А там уж самому богу известно, что бы с ним было дальше.
Сил бежать уже просто не оставалось. За нами гнались такие же тварюги, которые и напали изначально на деревню. Они пока были в человеческом обличии, хоть и в жутком, но всё-таки в человеческом с разными дефектами и увечьями. Кошмарное явление, увидеть и пережить которое я не пожелаю даже самому злейшему врагу.
Мы уже подбегали к деревне, в которой по-прежнему бесновались выходцы из иного мира. В этот раз они были просто всюду, но могу сказать, что в этот раз данный факт играл нам на руку, так как вся та масса, которая облепила дом деда Сереги, когда мы в нем находились, уже была рассредоточена почти по всей деревне. Это было видно отчётливо, так как свет от фонарных столбов пока никто не отменял. Каким-то чудом лампочки светили и освещали нам путь.
Мы забежали во двор моего дома. Я быстро вбежал в дом, схватил сумку с деньгами и документами, и лопату, которая стояла у полусгоревшего крыльца. И только я выбежал из дома. Как слышу, дед Сергей кричит.
—Там Катька моя. Я видел её.
Я же понимал, что это была не она, это был какой-то монстр, лишь взявший ее облик, но дед не хотел осознавать этого, и медленно пошел на встречу к своей, но не к своей дочери.
— Э, ты че, дед Серег, стой, стой, кому говорю?! — кричал я, чем и привлек внимание нечисти, и очень быстро пожалел о содеянном, так как ко двору моему начало слазиться все то кладбищенское отребье.
Я бросился за стариком, схватил его и силой развернул к себе.
— Ты чего вообще одурел? Ты куда идешь, дед? Тебе что, жить надоело? — засыпал я вопросами старика, а он же в свою очередь смотрел на меня такими глазами, как будто не понимает ни черта, как будто загипнотизировали его.
И пока я говорил с ним, я совсем не заметил, как через забор уже перелезло несколько существ. Понял я это лишь тогда, когда увидел за дедом сверкающие глаза и уже полуразложившееся лицо его любимой дочери. Быстро откинув деда в сторону, я замахнулся лопатой и, собственно, огрел тварь так, что голова ее просто отвалилась и покатилась в мою сторону. И еще второй раз уже воткнул лопату в нее, разрубив тем самым голову на две части. Дед Серега же был как будто заторможенный. Складывалось впечатление, что он вообще не понимал, что происходит вокруг. Он ничего не говорил, постоянно молчал, лишь иногда осматриваясь вокруг удивленными глазами. А пришел он в себя лишь тогда, когда нечисть уже оказалась у меня во дворе, и я, схватив его за куртку, потащил за собой в дом. Их было очень много, и все они были разные. Мое сердце уже не выдерживало, сильно хотелось пить, потому что от дичайшего ужаса во рту пересушило как будто я неделю подряд самогонку пил.
Как я сказал ранее, я затащил деда в дом, где он уже более-менее начал приходить в себя. Я же немного облил его холодной водой, дабы ускорить процесс, а он лишь распахнул широко глаза и проговаривал одно слово.
— Ведьма! Ведьма!
— Какая ведьма! Ты о чем? Дед Серег, приди в себя ты уже наконец!
А нечисть уже не спеша окружала мой дом и в окнах начали появляться чертовски жуткие физиономии, кривлялись и издавали уже так знакомые мне звуки. Дед же все повторял.
— Ведьма, ведьма.
— Да какая ведьма, еб твою мать, нас сейчас жрать будут, ты понимаешь?
— Я все понял, я понял. — бормотал дед, осматривая окна, стены и потолок. — Это не дед Петя.
— А кто тогда?
— Это всё жена его первая. Я видел её.
— Где видел?
— Они… они как будто связались со мной. Я видел её среди тех, кто с кладбища вылезли, у дороги которая.
— А что она?
— Это всё она сделала. Причину не знаю, но это она. С ней-то и не общался никто, потому что ведьма потомственная была. Людей хоронит она, а потом, когда ей надо, с могил подымает.
— Это все хорошо, нам-то что делать, дед Серег? Лезут же твари сюда! — сказав это, я бросил взгляд на выбитое несколькими днями ранее окно, в которое уже пыталось залезть чудовище, цепляя своими длиннющими пальцами за поломанную оконную раму. Разбежавшись, я ногой увалил твари прям по сгнившей харе, тем самым выбив ее из дома.
Что могу сказать? С каждой минутой они становились все злее и свирепее. В голове я килишевал, что говорил дед Сергей. Связались с ним, но... Но что они сказали ему? А сказали вот что. Дальше с его слов.
— Я голос слышал, женский голос. Я помню ее, ведьму эту. Это ее рук дело, а не деда Пети. Деда Петю тоже она в могилу завела, в доме же своем.
— Так мы же видели его, он же вместе с нечистью этой в дом к тебе ломился.
— Так мы и всех, кого остатки по всей деревне валялись, видели целыми невредимыми. Она зазывала нас, зазывала к себе, сказав, что мы будем жить здесь, как и раньше, но в нашей жизни что-то изменится. А что изменится, не знаю. Она не говорила этого.
— А почему она со мной не говорила?
— Да потому что тебя тогда и в проекте не было, когда убили ведьму эту, а я жил, малым был.
— Так вот что он не договаривал. — подумал я про себя. — Выходит ты знал всё и молчал, да, дед Серёга? — крикнул я на деда.
— Нет же, по поводу ведьмы не знал, я клянусь тебе, я всегда думал, что это дед Петя, но оказалось это не так. Говорю же, малым был тогда, а сейчас она рассказала мне всё, и я понял.
— Что понял?
— Что нет выхода.
Я судорожно стал оглядываться вокруг. Живых покойников, которые жаждали нашей плоти, было очень много. Они окружили дом. В других комнатах я уже слышал, как с грохотом вылетают окна, а затем приближающиеся шаги. Я сжал лопату сильнее. Руки тряслись на лбу, выступил пот. Непонятно откуда появилась задышка. Дед же вновь стоял, как тормоз посреди комнаты с выбитым окном. И обернувшись на это же окно, я понял в чем причина.
На улице стояла женщина. По сравнению с теми всеми, на ней не было никаких гнойников, увечий и так далее. Это был самый обычный человек, одет в старую одежду, наверное, еще времен СССР, бледная кожа и глаза. Глаза, в которых можно было просто утонуть. Они действовали как гипноз, я потерял контроль над своим телом. Это была она, та самая ведьма, про которую говорил дед Сергей. Она медленно залезла в дом, подошла ближе. Я чувствовал ее дыхание и прикосновение холодных как лед пальцев. За ней же в дом по одному начали залазить твари. Так покорно, как будто они были ее личными слугами. А я же, вновь повторюсь, вообще двигаться не мог будто парализовало и крикнуть не мог ничего. Мозг работал, анализировал сложившуюся ситуацию, понимал, что нужно бежать, но тело просто меня не слушалось от слова совсем. Затем же случилось следующее.
Она подошла к деду Серёге и, взмахнув рукой, острым когтем перерезала ему горло. Алая жидкость фонтаном брызнула мне на куртку. А дед Серёга замертво свалился на пол. Меня охватила настоящая паника. Я попытался закричать, но крик мой был больше похож на чуть слышный хрип тяжело больного. Теперь уже женщина подошла ко мне. Я непроизвольно закрыл глаза и внезапно моё тело пронзило бой на секунду в области шеи, затем темнота.
Последнее, что я услышал, это как те твари бросились к бездыханному телу деда Серёги и начали растаскивать его кто куда, отрывая конечности и поедая ещё тёплый труп. Меня ждала такая же участь. Затем произошло немыслимое.
Я не знаю, сколько прошло времени, не знаю, как так вышло, но я открыл глаза, целый и невредимый, вокруг темнота. Лишь спустя несколько минут я понял, что лежу в гробу, в старом трухлом гробу, несколькими сильными ударами я пробил его, на удивление гроб не был зарыт под землю, а просто лежал в могиле. Выбравшись наружу, я увидел уже так знакомые мне кресты и покосившиеся памятники. Лишь потом, когда я дошел к деревне, я осознал всю тяжесть произошедшего, загадочного явления.
Деревня жила своей жизнью. Все были, как будто, живы и здоровы. Дед Серега сидел на лавочке, разговаривал со своей дочкой. Да и вообще люди были.
— И как это понимать? — подумал я, стоя посреди дороги, как тормоз.
Как выяснилось позже, как только наступает темнота, жители деревни превращаются в голодных тварей, с которыми я уже успел познакомиться несколькими днями ранее. Это проклятие, которое эта ведьма наложила на всех нас. Если не есть плоть, то я слабею, все тело начинает ломиться и болеть. Причем очень сильно. А если и съесть человечины, то потихоньку превращаешься в тварюгу, которая ничего общего с человеком не имеет.
Так и шли дни и ночи. Сколько их уже будет, я не знаю. Изредка в деревню заезжают нормальные люди, от которых очень быстро мало что остается. Со временем наше село превращалось в заброшенное. Дома покосились, все позарастало и пришло в негодность. Убежать с этого места не выходило, куда бы ни побежал, все равно приходишь сюда. Поэтому я бросил попытки это сделать. У людей, живших под этим проклятием, была лишь одна цель: они хотят есть.
